Смешная история


  • Взято в сети..

  • Просто стишок из нета

  • Продолжим тему....;):)


    ТАМАГОЧИ

    Когда моей старшей было пять, а младшей три, и я, наконец, вспомнил, для чего нужны ночи, к нам неожиданно наведались гости.

    Молодая пара. Неплохие, в общем-то, люди.

    Зашли. Мило улыбаются.

    Вот здесь бы их и вышвырнуть. Но мы, как на грех, тоже хорошо воспитаны, милы и учтивы.


    – Зовите деток, - говорят они, - у нас для них подарочек.

    И мы позвали. Кто ж мог знать?


    – Ой, чего мы вам принесли! – заигрывают.

    «А действительно, - думаю, - чего? Упаковка подозрительно мелкая».

    Но старшая уже вовсю выкатывала глазки, младшая пыхтела...

    И эти им подали.


    Девчушки, конечно, тут же бросились в мордобой...

    Ну крики там, сопли, рёв. Картонка, понятно, на куски. А из неё брелок с двумя кнопочками.

    «Вот же скупердяи!».


    – Что за зверь? – спрашиваю.

    – Тамагочи! – говорят. – Последнее слово техники, мировой бум.

    – А-а, ну, если бум.


    В общем, приговорили.

    Водку выпили, зефир помяли, ушли.

    Смотрю на жену.

    – Вот же жлобы, – говорю, – знают, что детей двое, а подарок несут один.

    Господи, что говорил?! О чём помышлял?!


    А на ковре, меж тем, уже вовсю шла делёжка. Мои милые дочурки снова пропалывали друг дружке золотистые кудри, и тамагочи в сторонке дожидался победителя.


    Надавав воспитательных взысканий и расшвыряв детей по углам, я решил сам изучить сей любопытный предмет.

    Как оказалось, в нём кто-то жил. Нажатием правой кнопки этот кто-то рождался – его приносил аист. Нажатием левой - этот кто-то же умирал. Причём в муках!

    – Это щенок! – тут же постановили разумные дети.

    Я не возражал.


    Пищал щенок непрестанно. По любому поводу: за поесть, за помыться, за погулять. Подразумевалось, что он должен расти. То есть - лаять, играть, гулять, болеть, лечиться, кушать, гадить и расти. Однако лучше всего у него получалось откидываться. И скромный холмик сырой землицы - с готическим крестом и маршем Шопена - являлись тому железным подтверждением.


    Вообще-то о зверствах китайцев я слышал и раньше, но на этот раз они превзошли самих себя.

    Щенок сдыхал, как младенец в Спарте. То бишь - неотвратимо и мгновенно. Нажатием кнопки "РОЖДЕНИЕ" мы бесповоротно обрекали его на погибель, и любая попытка продлить его мучения лишь ускоряла процесс.

    Вовремя не покормил – смерть. Перекормил – она же. Не успел добежать – тут же. Не подтёр – туда же.

    Третий закон Ньютона: «На любое действие - холмик с крестом!».


    – Забавная игрушка! – сказал я глубоко за полночь.

    – Играться! Играться! – прыжками ответствовали мне бодрые дети.

    – Но уже поздно. Все устали, и я хочу спать.

    – Включи. Пусть растёт!

    И я дурак включил.


    А через полчаса меня и жену оглушил дикий рёв двух осиротевших глоток.

    Рёв смел нас с постели, как порыв ветра сметает сухие листья, и мы, цепляясь друг за друга, влетели в детскую.


    – Он умер!!! – вопили детишки.

    Старшая ревела истово. Младшая - усердно надрываясь.

    – Кто?!!

    Сердце бухало у меня в горле.

    – Ще!-но!-чек!

    – Где?

    – Вот!

    Старшая сунула мне под нос брелок с подвывающим Шопеном.

    – Глупости какие! – сказал я. – Где же он умер? Он не умер...

    – А могилка?

    – Какая ж это могилка? Это кучка. Ты его перекормила – и вот результат.

    – А крестик? – не унималась старшая.

    – А это не крестик, а лопатка... Так, сейчас мы тут всё разгребём.

    С этими словами я нажал правую кнопку, аист сделал своё дело, и мы отправились спать.


    – Он всё-таки умер, умер!!! – визжала старшая, когда через пятнадцать минут мы снова ворвались в детскую. – Я так и знала, что он умрёт!

    – Ну-ка, дай мне эту собаку! – вырвал я из её рук проклятую игрушку.

    – Оживи его! - растирая кулачками глаза, молила младшая.

    Прошипев: «На, тварь, получай!», я с остервенением ткнул в кнопку.


    В последующие разы жена оставалась в постели. Она лишь предупредила, чтоб я не травмировал детей – ни психически, ни физически.

    Лишь на пятый раз мне удалось уговорить дочурок отдать писклявого камикадзе под мою личную опеку. Я обещал сохранить ему жизнь любой ценой, и они уступили. А тварь вскоре благополучно скончалась у меня под подушкой - тихо и незаметно.


    Утром же я снова включил аиста, и щенок встретил девчушек восторженным лаем.

    – Почему он не растёт? – расстроились детки. – Ты его кормил?

    – Кормил.

    – Ты с ним гулял?

    – Гулял.

    – Он не болел?

    – Здоров, как бык - меня переживёт!


    С этого момента и началось.

    Китайский уродец находился при мне денно и нощно. Он пищал и требовал ухода. Дети меня контролировали.

    – Папа, выведи его погулять!

    – Папа, он покакал!

    – Папа, дай ему лекарство!

    – Папа, покорми!

    – Папа, ты уложил его спать?

    Надо сказать, что спал негодяй не больше десяти минут. Он ложился, я - падал, и вскакивал по первому его зову.

    Однако, несмотря все мои усилия, щенок загибался, дох и врезал дуба - каждые полчаса.

    В итоге, я возненавидел Китай.


    – Почему он не растёт? Он что, у тебя умирал? – с ужасом вопрошали девочки.

    – Что вы такое говорите! Он живее всех живых!

    – А почему играла музыка?

    – Я водил его на дискотеку.

    – А это он опять так покакал?

    – Да!

    – А это точно лопата?

    – ТОЧ-НО! – рыча, вдавливал я кнопку.


    А на третьи сутки сорвался.

    На тот момент я уже не мог вспомнить, когда я спал, когда последний раз принимал душ и кормился.

    Собственный могильный холмик казался мне избавлением.


    И вот когда, во время очередного допроса, устроенного мне сердобольными девчушками, в моём кармане вновь заиграла траурная мелодия, и старшая сделала испуганные глаза, а младшая, подхватив горестный вой старшей, взвинтила его до небес, я не выдержал...

    Медленно, двумя пальчиками извлёк я из кармана это портативно-психотропное китайское оружие, покачал его перед сопливыми детскими носами, и, срывая голос, проревел:

    – Да! Он сдох!.. Понимаете?! Сдох НА-ВСЕ-ГДА!!!!

    А затем, хватив тамагочи об стену, долго и яростно его топтал.

    Под ногами приятно хрустело.


    Из сборника рассказов " Из точки в точку"


    © Эдуард Резник